Имя рядового, водрузившего Знамя Победы над Рейхстагом, до сих пор пребывает в забвении. Государство обязано, наконец, признать подвиг 19-летнего солдата.

Имя рядового, водрузившего Знамя Победы над Рейхстагом, до сих пор пребывает в забвении. Государство обязано, наконец, признать подвиг 19-летнего солдата.

Подвиг и подлость

Из воспоминаний командира 674-го стрелкового полка подполковника Алексея Плеходанова: «...отважная горстка солдат из роты лейтенанта Греченкова и разведчиков взвода Сорокина достигла главного входа в Рейхстаг и скрылась в нем. Остальные были отрезаны. Одни из них залегли на площади, другие — отошли назад. Что было в это время в Рейхстаге, я не знал. Неизвестной была и судьба ворвавшихся в него смельчаков. И вдруг я услышал радостный крик моего связного:

— Товарищ подполковник! Посмотрите на крышу Рейхстага. Вот туда, где возвышается всадник!

Я поднял бинокль и увидел Красное Знамя, а возле него две движущиеся крохотные фигурки. Это было в 14 часов 25 минут. Как я узнал позже, движущимися фигурками были сержант Провоторов и рядовой Булатов...»

Григория Булатова, получившего после войны прозвище Гришка-Рейхстаг, взяли на фронт не сразу. В 1942 году пришла похоронка на отца. 16-летний Гриша решил мстить, но получил от ворот поворот в военкомате.

— Ему предложили выучиться на водителя, а потом — охранять передвижные склады, — рассказывает основатель фонда памяти Григория Булатова Герман Гончаров. — На фронте он оказался лишь в апреле 1944 года.

Уже через два месяца после отправки на войну Булатов был представлен к первой награде — медали «За отвагу». «За то, что в бою 22–28.06.44 года за высоту 228,4 Пустошенского района ( Псковская область. —  И. Ж. ), под непрерывным огнем противника вброд через реку своевременно доставлял боеприпасы на передний край», — говорится в приказе командира 674-го стрелкового полка. В сентябре 1944-го на Булатова издается новый приказ, и снова — медаль «За отвагу»: «за то, что он с группой разведчиков в ночь на 26.7.44 в районе деревни Черная захватил „языка“, который дал ценные сведения».

Всего за войну Булатов был награжден семь раз. Но свою главную награду так и не получил.

6 мая 1945 года командир 674-го стрелкового полка Алексей Плеходанов подписал на Булатова наградной лист:

«В 14 часов 30.04.1945 года ворвались в здание Рейхстага, с ходу захватили выход одного из подвалов, заперев там до 300 немецких солдат. Пробившись на верхний этаж, товарищ Булатов в группе разведчиков в 14 ч 25 мин водрузил над Рейхстагом Красное знамя.

Достоин присвоения звания Героя Советского Союза».

Такие же наградные листы были подписаны и на других участников группы, с которой Булатов прорвался в Рейхстаг. Однако именно Григорий и его друг Рахимжан Кошкарбаев, подсадивший Булатова на карниз второго этажа Рейхстага, откуда был вывешен флаг, этого звания удостоены не были.

В середине мая Булатов оказался в числе приглашенных на прием к Сталину.

"Гриша был доставлен, — вспоминает друг...

Подвиг и  подлость

Из воспоминаний командира 674-го стрелкового полка подполковника Алексея Плеходанова: «...отважная горстка солдат из  роты лейтенанта Греченкова и  разведчиков взвода Сорокина достигла главного входа в  Рейхстаг и  скрылась в  нем. Остальные были отрезаны. Одни из  них залегли на  площади, другие  — отошли назад. Что было в  это время в  Рейхстаге, я  не  знал. Неизвестной была и  судьба ворвавшихся в  него смельчаков. И  вдруг я  услышал радостный крик моего связного:

—  Товарищ подполковник! Посмотрите на  крышу Рейхстага. Вот туда, где возвышается всадник!

Я  поднял бинокль и  увидел Красное Знамя, а  возле него две движущиеся крохотные фигурки. Это было в  14  часов 25  минут. Как я  узнал позже, движущимися фигурками были сержант Провоторов и  рядовой Булатов...»

Григория Булатова, получившего после войны прозвище Гришка-Рейхстаг, взяли на  фронт не сразу. В  1942 году пришла похоронка на  отца. 16-летний Гриша решил мстить, но получил от  ворот поворот в  военкомате.

—  Ему предложили выучиться на  водителя, а  потом  — охранять передвижные склады, — рассказывает основатель фонда памяти Григория Булатова Герман Гончаров. —  На фронте он  оказался лишь в  апреле 1944  года.

Уже через два месяца после отправки на  войну Булатов был представлен к  первой награде — медали «За  отвагу». «За  то, что в  бою 22–28.06.44 года за  высоту 228,4 Пустошенского района ( Псковская область. —  И.  Ж. ), под непрерывным огнем противника вброд через реку своевременно доставлял боеприпасы на  передний край»,  — говорится в  приказе командира 674-го стрелкового полка. В сентябре 1944-го на  Булатова издается новый приказ, и  снова  — медаль «За отвагу»: «за  то, что он  с  группой разведчиков в  ночь на  26.7.44  в районе деревни Черная захватил „языка“, который дал ценные сведения».

Всего за войну Булатов был награжден семь раз. Но  свою главную награду так и  не  получил.

6  мая 1945 года командир 674-го стрелкового полка Алексей Плеходанов подписал на  Булатова наградной лист:

«В  14  часов 30.04.1945 года ворвались в  здание Рейхстага, с  ходу захватили выход одного из подвалов, заперев там до  300 немецких солдат. Пробившись на  верхний этаж, товарищ Булатов в  группе разведчиков в  14  ч 25  мин водрузил над Рейхстагом Красное знамя.

Достоин присвоения звания Героя Советского Союза».

Такие  же наградные листы были подписаны и  на  других участников группы, с  которой Булатов прорвался в  Рейхстаг. Однако именно Григорий и  его друг Рахимжан Кошкарбаев, подсадивший Булатова на  карниз второго этажа Рейхстага, откуда был вывешен флаг, этого звания удостоены не  были.

В  середине мая Булатов оказался в  числе приглашенных на  прием к  Сталину.

"Гриша был доставлен,  — вспоминает друг Булатова Виктор Шуклин. —  Разговор был кратким и без свидетелей: «Товарищ Булатов! Вы  совершили героический поступок и  поэтому достойны звания Героя Советского Союза и  «Золотой Звезды», но  на  сегодняшний день обстоятельства требуют, чтобы на  вашем месте были другие люди. Вы  должны забыть, что совершили подвиг. Пройдет время, и  вас дважды наградят «Золотой Звездой».

После приема в  Кремле Булатова привезли на  одну из  правительственных дач (в  открытых источниках чаще всего упоминается дача Берии). На  даче была разыграна инсценировка —  горничная обвинила Булатова в  попытке изнасилования. Молодого знаменосца приговорили к  полутора годам тюрьмы.

В  конце 1946-го Булатов смог вернуться на  службу в  Берлин, а  в  1949-м  — в  родной Слободской.

Из  письма Григория Булатова Рахимжану Кошкарбаеву, май 1965  года:

«В  настоящее время работаю на  фанерном комбинате „Красный якорь“ мотористом на  катере, учиться не  пришлось, да  и  жилье даже не  позволяет, одна маленькая комната 13  м. Даже дочке некуда поставить кровать... Конечно, обиды неисчерпаемые. Как могло все быть обманом? Я  хорошо помню слова Зинченки и  остальных офицеров: останетесь в  живых и  дойдете  — получите по  золотой звездочке. Мы  же выпрыгивали из  окна на  смерть».

Год спустя: «Квартиру дали лучше, но  неблагоустроенную. Работаю на  фанерном комбинате слесарем... Почему нас совсем забывают?»

В  1970 году спившийся Булатов вновь попадает в  тюрьму  — за  мелкое хищение.

—  Я  работал в  Слободском ОВД инспектором уголовного розыска,  — вспоминает бывший следователь Василий Ситников. —  Именно тогда мне пришлось вести дело Григория Булатова. Он  полностью признал свою вину. Его не  арестовывали, но  в  квартире, где он  жил, я  делал обыск. Ничего, говорящего о  хищении, мне не  попало, зато в руках оказались письма и  фотографии от  Жукова, Романа Кармена, генерала Шатилова * . Жукову, помнится, принадлежали письма три-четыре, была и  его фотография с  дарственной надписью: «Григорию». Подпись и год  — 1945-й. Я, конечно, заинтересовался и  прочитал письма. Особенно врезались в  память строчки: «Гриша! Твои сапоги топтали крышу Рейхстага. Неужели они не могут растоптать бутылку?» Он  в  то  время зачастую был под хмельком.

В  моем кабинете Григорий написал маршалу Жукову, просил помощи. Я  письмо положил в конверт, запечатал и  отправил.

В  общем, дали ему тогда срок, а  через некоторое время встречаю его на  улице и  удивляюсь: «Как ты  так, Григорий, быстро? Полсрока не  отсидел и  уже на  свободе?»  — «Это Жуков мне помог. Помнишь, я  у  тебя в  кабинете письмо писал».

Вот тогда-то он  и  принес мне все свои ценности: письма, фотографии, орден-ские книжки и предложил взять их  на  хранение, положить в  сейф для надежности. До  сих пор сожалею, что не  пошел ему навстречу.

По-видимому, не  было у  него здесь, в  Слободском, настоящих друзей, если он  навеселе зачастую приходил ко  мне, следователю, который отправил его в  заключение, делиться своими болями и  переживаниями.

Григорий был у  нас в  Слободском знаменитостью, правда, печальной. Семейная жизнь у  него не получилась. Однажды, когда он  снова пришел поговорить по  душам, сказал: «Жизнь мне опостылела. Был  бы пистолет, застрелился».

Последнее из сохранившихся писем Григория Булатова Рахимжану Кошкарбаеву, от  12  января 1973 года: «Вот как уже полгода я  освободился из  мест заключения. Жизнь моя не блещет, хвалиться нечем. Я  ни  на  кого не  надеюсь больше, когда были нужны  — нам обещали. Хотя мы  были молоды, нас легко было обмануть. Как получилось, тебе известно. Вот моя обида пожизненно. Я  прошу насчет меня не  хлопотать. Думаю, бесполезно все и  надоело».

19  апреля 1973 года Григорий Булатов повесился в  туалете Слободского механического завода.

Наши дни

Родственники, друзья и  сотрудники фонда Григория Булатова многие годы пишут письма в Министерство обороны с  просьбой признать его подвиг и  присвоить звание Героя России (обещанного Героя Советского Союза дать уже никто не  может). Но  раз за разом приходят ответы из  Главного управления кадров Минобороны:

«Ваше обращение по  вопросу присвоения звания Герой Российской Федерации посмертно Булатову Григорию Петровичу внимательно рассмотрено.

Сообщаю, что по  учетным данным Центрального архива Министерства обороны РФ  Булатов Г.П. за мужество и  героизм, проявленные при штурме Рейхстага, был представлен к присвоению звания Герой Советского Союза. Данное предложение было поддержано командиром 150-й стрелковой дивизии и  командиром 79-го стрелкового корпуса, однако командующий 3-й ударной армией не  поддержал это ходатайство и  своим приказом наградил Булатова Г.П. орденом Красного Знамени. Награда вручена.

Повторное награждение за  одни и  те  же заслуги не  производится».

Однако в распоряжении «Новой газеты» есть документ, удостоверяющий, что Григорий Булатов был представлен к  ордену Красного Знамени не  за  штурм Рейхстага и  водружение знамени. Вот ответ начальника Института военной истории Министерства обороны РФ Александра Кольтюкова на  запрос двоюродного брата Григория Булатова Александра:

«Приказом командующего войсками 3-й ударной армии 1-го Белорусского фронта №  012-н от 8.6.1945 года Булатов Г.П. от  имени Президиума Верховного Совета СССР был награжден орденом Красного Знамени за  образцовое выполнение боевых заданий на  фронте борьбы с  немецкими захватчиками и  проявленные при этом доблесть и мужество».

Таким образом, даже формальных препятствий для присвоения Булатову звания Героя Российской Федерации нет.

«Новая газета» направляет запрос с  приложением всех документов в  Минобороны РФ  и Комиссию при президенте по  государственным наградам с  просьбой рассмотреть возможность посмертного присвоения Григорию Булатову звания «Герой Российской Федерации».

Автор благодарит Германа Гончарова и  Сергея Серкина за  помощь в  подготовке материала.

Свидетели подвига

Из  воспоминаний сержанта Виктора Провоторова:

«Находим окно. Улучив момент, влезли в  окно, предварительно бросив туда по  гранате. Коридорами вышли на  лестницу, забрались на  второй этаж. Здесь мы  с  Булатовым подошли к  разбитому окну, посмотрели на  Королевскую площадь, за  которой в  домах и  прямо на  улицах залегли наши бойцы, приготовившиеся к  решительному штурму. Гриша Булатов просунул знамя в  окно, помахал  им, затем мы  укрепили его. В  это время внизу послышались выстрелы, взрывы гранат, стук сапог. Мы  приготовились к бою. Гранаты и  автоматы  — начеку. Но  схватка не  состоялась. Это по  нашим следам пришли Лысенко, Брюховецкий, Орешко, Почковский. С  ними лейтенант Сорокин.

—  Отсюда его плохо видно, ребята,  — сказал  он. —  Надо пробираться на  крышу.

По  той  же лестнице стали подниматься все выше и  выше и  нашли выход на  крышу. Цель достигнута. Где поставить знамя? Решили укрепить у  скульп-турной группы. Подсаживаем Гришу Булатова, и  наш самый молодой разведчик привязывает флаг к шее огромного коня. Посмотрели на  часы: стрелки показывали 14  часов 25  минут».

Из  воспоминаний Мелитона Кантарии:

«Утром 30 апреля увидели перед собой Рейхстаг  — огромное мрачное здание с  грязно-серыми колоннами и  куполом на  крыше. В  Рейхстаг ворвалась первая группа наших разведчиков: В.  Провоторов, Гр. Булатов. Они укрепили флаг на  фронтоне. Флаг тотчас  же заметили воины, лежавшие под огнем противника на  площади».

Из  воспоминаний кинорежиссера Романа Кармена:

«Кто первый водрузил Знамя Победы над Рейхстагом? Прошли годы, в  историю вошли имена Кантарии, Егорова, капитана Самсонова. Сейчас, перечитывая свою телеграмму, в которой названы иные имена, я  вспоминаю, как на  ступенях Рейхстага меня по-знакомили с  лейтенантом Сорокиным и  рассказали о  подвиге, который он совершил 30  апреля вместе с  солдатом Булатовым. Я  думаю, что мое телеграфное сообщение не  опровергает официальной версии об  историческом эпизоде водружения знамени Победы в  Берлине. Я  помню, что видел на  крыше Рейхстага несколько флагов. Один развевался над куполом  — его подняли Егоров и  Кантария, другой был привязан к  конной статуе. Полыхали флаги и  на  правом, и  на  левом крыльях здания. Флаги эти были водружены советскими воинами, которые, не  помышляя о  личной славе, совершили в  разгаре боя свой подвиг. Многие из  них, как, например, упомянутые мною Булатов и  Сорокин, остались и  поныне неизвестными».

Иван Жилин



RSS рассылка

Другие новости

Другие новости